02 декабря 2022

Интернациональный долг привел советского орденоносца из Таджикистана в Воронеж

11.03.2020

Генерал-майор Вооруженных сил Республики Таджикистан и кавалер двух советских орденов Красного Знамени Исмонкул Гоибов пережил большой перелом истории своей Большой Родины. Вместе с русскими, украинцами, узбеками он закончил высшее общевойсковое командное училище в Алма-Ате. Боевые награды получил в Афганистане, где защищал жизни своих русских солдат. К званию генерал-майора Республики Таджикистан представлен по ходатайству белорусского министра обороны (!) Леонида Мальцева.

И сейчас, на пенсии переехав в Воронеж, он хранит верность принципам интернационализма. Несмотря на произошедший разлом, Большая Родина - для него по-прежнему не пустой звук.

СБЕРЕЧЬ КАЖДОГО СОЛДАТА

После окончания военного училища лейтенант Исмонкул Гоибов оказался в Кабуле, а оттуда был переброшен в Джелалабад на границу с Пакистаном и стал командовать взводом мотострелковой пехоты.

- Мы жили в землянке. Раз в месяц нам поднимали в горы продукты и воду. И я следил, чтобы до очередного привоза хватило всем. Жара стояла под 50 градусов. Много ребят заболело малярией, гепатитом. А у меня во взводе 15 солдат, в основном русские, к такой жаре совсем не приспособленные.

Однажды бой длился шесть часов подряд. Только с рассветом душманы ушли в горы. А я спускаюсь с техникой к землянке, и вдруг такая сильная боль пронзила ноги! Оказалось, укусил скорпион. Меня спас профессионализм и оперативность нашего врача, - вспоминает Исмонкул.

К тому времени руководство уже оценило такую компетенцию командира Гоибова, как умение грамотно распределять силы и беречь жизнь каждого вверенного солдата. И 25-летнего лейтенанта назначили командиром роты.

- На каждой позиции я учил своих солдат не расходовать патроны и снаряды направо и налево, не отвечать на каждый выстрел душмана. Главное - знать, с какого направления и каким оружием они стреляют, и грамотно распределять силы. А если в горах останешься без патронов, то станешь живой мишенью, - говорит Исмонкул.

ПО ГЛОТОЧКУ ЖИЗНИ

- Шел 88-й год, исход войВ­ны и самый тяжелый для меня период. Потому что страшнее всего, когда твои солдаты гибнут.

Самое тяжелое испытание для нас произошло в бою в районе аэропорта. Из моих 13 человек 10 погибли. В живых остались я и два моих солдата. Успели собрать части тел погибших ребят, пустить сигнальную ракету - и потеряли сознание, - вспоминает Исмонкул.

После госпиталя он снова был переброшен в горы в райоВ­не города Митерлам. Там начались масштабные боевые действия всех воинских подразделений в составе 40-й армии Бориса Громова.

- Бои шли очень жестокие. Главным условием стала физическая выносливость каждого. Подъем на пять-шесть километров в горы с боеприпасами на себе осилить по жаре не так просто. Все время хочется пить. Но я распорядился, чтобы все мои солдаты пили только по команде на остановках. Сделаем глоток - и снова вверх. Эта экономия воды нам позволила сохранить ее запасы и спасла жизни. Ведь уже было много случаев, когда солдаты и офицеры гибли в горах не от пули, а от солнечного удара и нехватки воды, - говорит Гоибов.

Там, в горах рядом с Митерламом, его рота попала в четырехдневную засаду. Заканчивались продукты и запасы воды. Тогда всех опять спас правильный расчет и жесткая дисциплина командира. Исмонкул открывал оставшиеся несколько банок консервированной свеклы с драгоценным калием и давал каждому по глоточку свекольного сока и чуть-чуть самой свеклы. Только так удалось всех спасти на 50-градусной жаре.

Душманы предлагали сдаться, отдать им карту и оружие, а взамен получить коридор к своим. Но Гоибов знал: сдаться живыми - значит обречь себя и солдат на мучительную смерть после пыток.

СМЕРТЕЛЬНЫ МАНЕВР

- Я как командир роты принимаю решение - отбиваемся до последнего, но так, чтобы один патрон и одна граната у каждого из нас оставались для себя. Четыре ночи шел бой. Когда закончилась последняя банка свеклы, я принял решение идти к душманам с двумя моими солдатами - узбеком и русским. Это был смертельный маневр, но отвлекающий. Во время нашей встречи остальные 15 солдат должны были попытаться спуститься по ущелью вниз к нашим. Я говорил с душманами на их языке и тянул время, чтобы моя рота успела войти в ущелье. Карту и

оружие мы с собой не взяли и смогли убедить душманов, что теперь должны вернуться как раз за ними. Когда вернулись - нашей роты уже не было, все ушли в ущелье. Тогда мы легли на спину и тоже покатились вниз, - вспоминает Гоибов.

Так ему удалось спасти свою роту и спастись самому.

ГЛАВНАЯ ВЫСОТА

До развала СССР он еще успел послужить на Дальнем Востоке. А потом из-за всех ранений и контузий вернулся на родину в должности военкома одного из районов Таджикистана. Это уже другая история - тоже с риском для жизни, с взятием в заложники и даже однажды уводом на расстрел. Таджикистан после распада СССР тогда трясло не слабее соседнего Афганистана. Гоибов вспоминает, как в этом безвластии с новым комендантом раздавал голодным людям муку, как в горах расчищал снег и вытаскивал трупы детей и стариков. Потом - работа в генштабе МинВ­обороны и назначение Гоибова командующим внутренними войсками Республики Таджикистан.

В 2017 году, уже на пенсии, Исмонкул Равшанкулович с семьей переехал в Россию. Обосновался под Воронежем в селе Кондрашовка Семилукского района. И как советский офицер теперь все чаще встречается с воронежскими студентами.

- Российская армия сейчас на высоком уровне, и образование - на высоком уровне, но молодым не хватает главной высоты - чувства интернационального долга. У нас, советских офицеров, выпускников алма-атинского училища в Ватсапе есть группа. Мы из России, Беларуси, Таджикистана, Узбекистана, Украины и даже Германии. По-прежнему вместе и знаем друг про друга все! Кто и как служит, кто уже на пенсии, у кого родился еще один внук, кто заболел. Если нужна помощь, сразу скидываемся и высылаем деньги. Не оставляем никого, несмотря на все государственные границы между нами. Да, у наших государств могут быть разные взаимоотношения, но наши офицеры дружат! В этом интернациональном единстве я вижу главный смысл службы. И эти ценности хочу передать воронежской молодежи, - говорит напоследок Исмонкул Равшанкулович.