09 февраля 2023

Воронежские артисты стирают границу между сценой и зрительским залом

20.04.2018

Шекспир сказал: "Весь мир - театр, а люди в нем актеры". Сегодня появляется уникальная возможность почувствовать это на себе, погрузившись в действие спектакля и даже стать его непосредственным участником. Иммерсивный театр, уже ставший модным направлением искусства в Америке, а в прошлом году громко заявивший о себе в двух столицах России, начинает активно внедряться в Воронеже.

Премьера первого такого спектакля - "Наследники", - который разрушает условную "четвертую стену", отделяющую актеров от зрителей, состоялась на днях. Журналисту "Берега" посчастливилось первым погрузиться в события этой детективной драмы.

Здесь несколько локаций и несколько главных персонажей с удивительно сложной, иногда поломанной судьбой. Герои в течение всей постановки пытаются выяснить, умер ли их богатый отец и муж сам или ему кто-то помог - от этого зависит разделение наследства.

Самих персонажей трудно поделить на положительных и отрицательных, сразу же определить их слабости или изъяны. Режиссеры - Андрей Щербаков и Кристина Долгих - предлагают зрителям самим интуитивно выбрать свой маршрут, пойти за одним из героев, но в итоге - собрать сюжет по отдельным кусочкам, подобно мозаике. Предугадать развитие сюжета невозможно: подозревать в убийстве вы точно станете всех!

- Суть иммерсивного театра заключается в том, чтобы создать эффект полного погружения зрителя в сюжет постановки. Это театр вовлечения, где зритель - полноправный участник действия, - рассказала Кристина Долгих. - Конечно, это первый опыт такого формата представления - как для нас, так и для зрителя и даже актеров.

Играть представление, когда на тебя в упор смотрит зритель, пусть даже в обязательной маске (маски, по условиям специального договора, который заключается перед показом, должны надеть все зрители - прим. авт.), по словам артистов, очень непросто. В таких условиях прописать мизансцены невозможно - меняется траектория движения, появляется больше импровизации. Сами условия коллективного договора придают постановке особый антураж мистики.

- Сценарий писал я, но при этом ребята подсказывали мне художественные ходы и помогали в постановке некоторых сцен, например, драки с выстрелами. Это очень важный момент взаимовыручки, мы вместе учились понимать, каким должен получиться наш иммерсивный театр. Я увидел несколько неточностей в тексте и кое-какие ошибки, которые постараемся устранить, - пояснил Андрей Щербаков.

В целом спектакль получился интересным и весьма достойным. Эксперимент удался. Но вот получился ли иммерсив? В финальной сцене все скелеты, имеющиеся в шкафу каждого героя, обнажаются. Убийца открывает свое лицо. И мозаика складывается. Но ведь цель иммерсивной постановки - настолько заинтриговать зрителя, чтобы он пришел снова и узнал, как сложилась судьба персонажа, за которым он не наблюдал. Насколько это реально здесь - с подобной жирной и однозначной финальной точкой? Может быть, эстетическая незавершенность была бы куда приятней? Учитывая, что пальчики с бутылки стирает тот, от кого мы этого не ждем. Или, возможно, признание убийцы должно быть камерным, а не общедоступным? Ведь именно наличие загадки побуждает в нас желание ее разгадывать…

Но признание - это только признание, оно вовсе не значит, что так было на самом деле. И точка - вовсе не точка. Последовательную цепочку событий каждый зритель должен установить самостоятельно, чтобы разобраться в этом запутанном деле.